2016-08-24T02:01:42+03:00

Обвиняемый по делу о крушении самолета с «Локомотивом» сказал последнее слово в суде

21 сентября судья огласит приговор
Вадим Тимофеев.Вадим Тимофеев.Фото: Из архива "КП".
Изменить размер текста:

27 августа в Ярославском районном суде завершилось рассмотрение дела о крушении самолета ЯК-42 с хоккеистами клуба «Локомотив» на борту, которое произошло 7 сентября 2011 года. Процесс длился девять месяцев.

В последний день заседаний свою позицию озвучили обвиняемый Вадим Тимофеев, его адвокат и родители погибших хоккеистов. Все они настаивали на том, что недостатки в работе Тимофеева на посту заместителя директора по летной работе хоть и были, но они не имеют причинно-следственной связи с крушением лайнера. И просили не назначать ему наказание в виде лишения свободы.

- Как мать потерпевшего, я знаю, что значит потерять сына. И матери Тимофеева, которая на длительное время лишится сына, не выдержать такого горя. Прошу суд учесть это, - сказала мама погибшего хоккеиста Ивана Ткаченко.

При этом и адвокат обвиняемого, и родители погибших ребят считают, что следствие необоснованно отмело другие версии причин катастрофы, кроме ошибки пилотов. Они высказали неудовлетворение работой правоохранителей и экспертов, привлеченных к расследованию.

Сам Тимофеев своей вины не признал.

- Я еще раз прошу понять ребят, которые сидели за штурвалом. За свою ошибку они заплатили жизнью. Я приношу большие соболезнования вам, - обратился он к родственникам погибших спортсменов в своем последнем слове. - Что было бы в моих силах сделать, я бы сделал. И если бы, после того, что я прошел за эти четыре года, передо мной встал выбор, я выбрал бы оказаться в составе того экипажа, а не сидеть здесь.

21 сентября судья начнет оглашать приговор.

Напомним, что гособвинение потребовало для Тимофеева шесть лет в колонии-поселении.

ДОСЛОВНО

Из выступления родителей погибших хоккеистов в рамках прений:

- Считаем, следствие не установило истинных причин авиакатастрофы. Вина летчиков еще не установлена, расследование основного дела не завершено. Как можно говорить о вине Тимофеева? Так и не было дано ответов на ряд вопросов. Экспертиза передней стойки проведена поверхностно, не объяснено, от чего шел ее стук, который слышно на записи. Стойка могла быть не исправна. Не исключено, что со стороны следствия было давление на экспертов. Большая часть свидетелей заявили, что не доверяют заключению МАК о том, что Соломенцев и Жевелов жали на педали тормоза, поскольку раньше таких случаев не было зафиксировано и вообще это, по мнению ряда пилотов, невозможно.

Следствие не рассматривало версию о преднамеренном введении в организм Жевелова и других членов экипажа препаратов, влияющих на их состояние. Откуда в крови Жевелова появился фенобарбитал? Почему выживий Сизов уснул при взлете. Бортмеханик, который много раз летал с экипажем, прослушав запись переговоров пилотов, сказал что не узнал экипаж...

ХК «Локомотив» доминировал в том сезоне, но следствие даже не допускает мысли, что с командой могли расправиться...Согласны, что недоработки в работе Тимфеева, наверное, были, но это не связано с авиакатастрофой...Почему к ответственности не привлечен никто из Росавиации, которая проверяла работу авиакомпании и продлила ей сертификат?

Из выступления Вадима Тимофеева в рамках прений:

- По требованиям руководства по летной эксплуатации, при обнаружении неполадок экипаж должен взлет прекратить взлет на скорости принятия решения . А при прослушивании радиообмена, командир Соломенцев говорит о скорости принятия решения равной 200 км. в час. Бортмеханик Журавлев ведет отчет скорости. И на скорости 200 км. в час мы слышим слова Журавлева: «Скорость 200! Тяни!». Экипаж обнаружил неисправность на скорости принятия решения. Руководство по летной эксплуатации обязывает на скорости принятия решения продолжать взлет. Здесь нарушений нет. По переносу навыка с ЯК-40 на ЯК-42: в 2011 году Соломенцев не выполнил ни одного полета на ЯК-40. Жевелов выполнил один или два полета, но в качестве проверяющего. То есть он просто наблюдал за членами экипажа. Бортмеханик, отлетавший с экипажем много лет, говорит, что не видел, чтобы пилоты когда-то нажимали при разгоне на педали тормоза. По центровке: самолет сам продемонстрировал это нарушение, потому что смог взлететь только после увеличения стабилизатора до 10 градусов. Причина в том, что у пилотов не было точных данных по весу багажа, так как он не взвешивался в аэропорту.

Из выступления адвоката в прениях:

Сотрудники аэропорта, по мнению гособвинения, - не заинтересованные свидетели. Но защита полагает, что как раз наоборот. Полагаю, показания этих свидетелей не объективны. В аэропорту произошла авиакатастрофа и это существенное основание, чтобы давать показания, из которых бы не следовала вина аэропорта. Сотрудники аэропорта допустили грубейшее нарушение: не взвесили багаж. Как экипаж мог рассчитать центровку, если вес груза точно не известен? Почему диспетчеры не поинтересовались у экипажа, что происходит и почему они не взлетают?..Нажимать на педали тормоза одним пилотов невозможно без того, чтобы это не заметил другой пилот? Как вообще возможно никогда не нажимать на тормоза, а тут вдруг нажать. Причем, как предполагает экспертиза, могли нажимать сразу и тот, и другой пилот... Свидетельства о прохождении Соломенцевым и Жевеловым курсов повышения квалификации не были признаны недействительными. Если они пропускали занятия, как же были выданы свидетельства? Направляя дело Тимофеева в суд, следствие пытается таким образом установить вину пилотов. Потому, что если будет обвинительный приговор, будет доказано, что происшествие произошло по вине пилотов. И больше ничего доказывать будет не нужно. Следствие должно было прекратить или передать в суд основное дело, а потом уже выделить как сопутсвующий факт дело Тимофеева. Либо не выделять вообще. Считаю, МАК отнесся к расследованию формально. И причинно-следственной связи между работой Тимофеева и причинами катастрофы я не вижу. Ведь за 1,5 года работы Тимофеева на посту заместителя директора по летной работе, самолеты не падали.

Из реплики стороны гособвинения во время прений:

- Передняя стойка была тщательно обследована и всем повреждениям была дана оценка. Каждый из экспертов опроверг выводы о возможном давлении на них со стороны следствия. Речь идет о неосознанном торможении, оно не исключается. Что касается центровки: перечень имущества был установлен в ходе следствия, взвешено аналогичное имущество, установлен вес лиц, находящихся в самолете. Таким образом, было выяснено, что вес багажа был больше, чем указано в документах. Но объективно установлено, что это не повлияло на итог полета. Но даже если предположить, что дело было в центровке, мы опять придем к выводам, что для Тимофеева судебная ситуация не меняется. Летчики, понимая, что самолет не взлетает в тех условиях, в которых должен взлететь, не прекратили взлет. Решение о прекращении взлета должно быть принято до достижения взлетной скорости. Такое положение есть. Но также в нормативных документах предусмотрено, что полет должен выполняться в первую очередь, исходя из обеспечения безопасности полета. Стороной защиты справедливо обращено внимание на нарушения, допущенные со стороны аэропортовых служб, учебного центра, контролирующих органов. Но не они давали задание на полет. Защита не права, полагая, что нарушения проигнорированы и остались без внимания государственных органов. По всей России проходили проверки, было много принято мер прокурорского реагирования, большое количество должностных лиц привлечены к дисциплинарной ответсвенности, в отношении генерального директора учебного центра возбуждено уголовное дело по факту нарушений, допускавшихся в процессе образовательной деятельности.

Из реплики адвоката в прениях:

- Никто не устанавливал, что было бы, если бы на скорости 220 км. в час летчики прекратили на конце полосы взлет. Что было бы с самолетом и людьми? Взлетать - это был единственный вариант. И самое главное: я возмущена сроком, который вы просили назначить Тимофееву. Какая общественная опасность Тимофеева? Почему наказание должно быть связано с лишением свободы. Тимофеев не сидел за штурвалом самолета, не совершил умышленных действий, направленных на нарушение правил безопасности полетов. МАК сказал, что Тимофеев вообще - сопутствующий фактор, а не основная причина, приведшая к катастрофе.

ИСТОЧНИК KP.RU

Еще больше материалов по теме: «Суд по делу «Локомотива»»

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также