От нескольких тысяч до нескольких миллионов: родным погибших хоккеистов «Локомотива» выплатили страховку

Фото: Николай ШВЕЦОВ, Елена ВАХРУШЕВА

Со дня авиакатастрофы, в которой погибла вся хоккейная команда «Локомотив», прошло уже почти четыре года. Напомним, 7 сентября 2011 года Як-42, который должен был доставить хоккеистов на игру в Минск, рухнул практически сразу же после взлета из ярославского аэропорта «Туношна».

Судебные тяжбы – долгие и мучительные для родственников погибших - идут все это время.

Единственный обвиняемый

На скамье подсудимых – ответственный за подготовку экипажа, заместитель директора компании «ЯК СЕРВИС» Вадим Тимофеев. Именно он отвечал за комплектование и подготовку экипажей. Следователи уверены, что Тимофеев не должен был допускать экипаж того ЯКа до полетов. Ему предъявили обвинение по статье «Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного, морского и внутреннего водного транспорта и метрополитена». Если Тимофеева признают виновным, то ему грозит до семи лет лишения свободы.

Страховка по ценности игрока

Хоккейный клуб «Локомотив» и научно-производственный центр имени Хруничева, которому принадлежал разбившийся самолет, проходят по делу как потерпевшие. Они выдвинули свои иски к обвиняемому: клуб «Локомотив» требует возместить более 3 миллионов рублей за вещи, уничтоженные в результате трагедии – спортинвентарь, видеоаппаратура, медикаменты и прочее имущество, которое брали с собой хоккеисты, тренеры и медики клуба. А центр имени Хруничева выставил счет на 17 миллионов 642 тысячи 938 рублей и 5 копеек.

А вот родственники погибших хоккеистов ничего Тимофееву не предъявили. Они уже получили выплаты от двух страховых компаний. Суммы каждой семье пложены разные, рассчитанные исходя из возраста и опыта игроков. Одна компания – «Согаз» - выплатила от 500 тысяч до пяти миллионов рублей, вторая – «Лекс-гарант» - от двух до семи миллионов (самые крупные выплаты у иностранных игроков).

На скамье подсудимых - единственный обвияемый, замдиректора "ЯК-Сервис" Вадим Тимофеев.

Фото: Елена ВАХРУШЕВА. Перейти в Фотобанк КП

Решающее заседание

В интернете на днях разразился было скандал из-за того, что семьям выплатили смешные 26 тысяч, однако, это оказалась ошибка расчетов.

- Это были деньги на погребение. В страховой решили поначалу, что нам похороны оплатил клуб и потому не надо эти деньги выплачивать, - объяснила мама погибшего игрока Никиты Клюкина Любовь. – Но теперь по суду выплатят и эти деньги.

А вот отец капитана команды Ивана Ткаченко Леонид вспомнил – его сын провел две игры за НХЛ. И за эти матчи им так и не заплатили.

Впрочем, разговор о выплатах родственники ведут неохотно.

- Когда всем этим занимались, мы были, как в тумане. Какие-то выплаты, деньги… Не до того нам было, - вздыхает мама погибшего игрока Артема Ярчука Анжела.

И сейчас, по словам родителей, им важно совсем другое – узнать, как все произошло на самом деле. На 7 июля в Ярославле назначено заседание, на котором ждут последнего свидетеля - со стороны защиты. А значит, ждать окончательного вердикта по этому делу осталось не долго.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Як-42 загорелся еще в воздухе и падал как огненный шар!

Через несколько часов после трагедии одна жительница села Туношонка рассказывала корреспондентам «КП», что самолет взорвался еще в воздухе. Но сама она этого не видела, а лишь слышала какие-то хлопки. Чиновники и следователи категорически отрицали эту версию: чего, мол, бабульки не наговорят. А добраться до живущих прямо на берегу реки Туношонка, именно туда и упал Як-42, не получалось. Тогда, впрочем, как и сейчас, весь район катастрофы - в оцеплении. Прикидываясь местными жителями и перелезая через заборы, нам удалось дойти до тех самых домов, которые чудом не задел падающий борт (читайте далее).

Мама Ивана Ткаченко: «Нас будто придавило плитой. И никак нам из-под нее не выбраться»

Во всех интервью Леонид Ткаченко повторяет: жизнь разбилась напополам - до и после. Как поваленный пограничный столб этой жизни - та самая береза, которую выдрал из земли падавший самолет. Сейчас ее подпирает траурный венок, рядом лежат мелкие детальки самолета. Медленно, ежась от ветра, поднимается Леонид Владимирович к этой березе и трогает рукой сухой сучок. О чем он думает? О том, как все случилось, о том, что семья не верит в официальную версию причин падения, о том, как жить дальше (читайте далее).