Любовь Казарновская в Ярославле: «Душа обязана трудиться»

Любовь Казарновская

После концерта на сцене Дворца культуры имени Добрынина оперная певица рассказала «Комсомолке» о своих кумирах и мистике.

Сцена Дворца культуры имени Добрынина гостеприимна. Кто только на ней не выступал! Но оперное пение в этом зале можно услышать нечасто. Поэтому билеты на Казарновскую шли «на ура». Солистке крупнейших оперных площадок мира Любови Казарновской публика рукоплескала долго. А после того, как автографы были даны, Любовь Юрьевна поговорила с корреспондентом «КП».

- Любовь Юрьевна, известно, что вы очень любите Углич? Чем он вас так привлекает?

- Углич-колыбель русской истории - здесь закончились Рюриковичи с убийством царевича Дмитрия и начались Романовы! Весь город дышит историей! C детства читала очень много книг о первой русской оперной певице, потому что судьба Прасковьи Ковалевой Жемчуговой меня очень зацепила. Cвоему покровителю графу Шереметьеву она писала, что эта земля питает ее энергией. Мне было интересно, что она имеет в виду. И вот когда я попала на эту землю, я поняла, что Углич обладает особой магией. И когда мы снимали фильм «Анна» со мной в главной роли, Евгения Гинзбурга тоже впечатлил этот город. Он сказал: «Как хорошо, что ты нас именно сюда привела! Ты абсолютно права! Здесь есть атмосфера, в которой так хочется творить: бесконечные церкви, соборы, особые лица!»

- Любовь Юрьевна, Вас сейчас можно удивить оперной постановкой?

- Можно удивить и в хорошем смысле, потому сейчас таких постановок очень мало. И в плохом смысле - удивляешься «полету фантазии» и потери смыслов у некоторых режиссеров! Опера существует для раскрытия души персонажей для «переливов»музыки и драмы через певца-артиста. А когда режиссеры «мудрят» опера становится кривлянием и бессмыслицей под аккомпанемент! Поэтому я отказалась участвовать в опере «Мазепа». Муж меня поддержал. Кстати, другие русские знаменитые певцы в ней спели. Один заявил: я строю дом, второй сказал: мне нужна карьера. Я считаю, что это показывает отношение к тому предмету, который называется «служение». Как говорил Пушкин: «Я не люблю, когда маляр бездарный мне пачкает мадонну Рафаэля».

- Для вас существуют низкие жанры?

-Для меня есть музыка хорошая и плохая. Если низким жанром называть поп-музыку, то я с этим категорически не согласна. Потому что есть просто выдающиеся вещи в поп-музыке. Они зарекомендовали себя временем. Народ их поет и будет петь. Потому второстепенных, низких, низкопробных жанров нет. Есть исполнители, которые могут бездарно и низкопробно исполнить любую музыку: и классику, и легкий жанр! Дешевка, выдаваемая за событие, и есть отсутствие вкуса и стиля - вот это и есть «низкопробность»!

- Вас назвали самым горячим и эротичным русским сопрано. Вы согласны с таким определением?

- Пение, тембр голоса Казарновской в Саломее. Ее танец и работа красками богатого голоса - вот что сделало ее образ чувственным, эротичным!», - писала критика.

На спектакле был внук Рихарда Штрауса. После спектакля он пришел за кулисы и сказал: «Я думаю, дед бы очень порадовался такой Саломее». Конечно, это слышали корреспонденты, и на следующий день вышла рецензия, в которой меня назвали «самым эротичным русским сопрано».

- Любовь Юрьевна, перед концертом некоторые зрители видели, как вы очень быстро ходите по парку. Это какая-то особенная разминка?

- Артист должен быть в тонусе, как лошадь перед скачками! Мои концерты - это спектакли. Пение, игра, движение, энергия общения со зрителем - надо сразу дать 1000 вольт! Я люблю свежий воздух и люблю, когда мои мышцы все время в тонусе. Артистам, которые просто сидят перед концертом, нужно долго разогреваться на сцене, а я должна быть включенной сразу, потому что мои концерты - это спектакли одного актера.

- Многие отметили вашу красивую спину, тренированное тело, насколько много усилий требует такой результат?

- Обязательно делаю зарядку и хожу в спортивный клуб. Я не сижу долго со снарядами, я тренирую руки и ноги по 25-30 минут, а потом… я с детства ходила на хореографию, на фигурное катание. Так что стать у меня есть в природе - это нужно только поддерживать. Конечно, хочется иногда и на диван, но я себе говорю: «Люба, вперед!»

- Сейчас такое взаимопонимание, как у вас в браке - редкость. Дадите совет?

- Если бы были советы - все были бы счастливы.

- Но вы ведь счастливы?

- Я? Да! Муж - это мое эхо. Существует легенда об андрогинах, людях, которых бог разделил на две половинки, вот мы как раз и есть - две половинки одного целого.

- Впереди лето. Любовь Юрьевна, где вы планируете его провести? Для вас вообще существует такое понятие, как отпуск?

- Летом у меня Международная Академии «Голос и скрипка», которые проходят в музыкальных столицах мира. Сейчас с Академией классической музыки едем в Вильнюс, потом в Любляну, потом в Ниццу - так что лето будет кусочками. Сейчас начинаем «Шаляпинские сезоны». Это была моя давняя мечта, моя внутренняя terra incognita. Для меня Федор Иванович - абсолютный гений оперной сцены. Он публику просто вводил в шоковое состояние. Быть россиянином и не посвятить какую-то значительную страницу своей жизни этому великому сыну своего народа я просто не имею права.