2016-08-24T01:59:22+03:00

Тюремные дневники опального мэра

Адвокат Евгения Урлашова опубликовал отрывки его записей из ярославского СИЗО
Поделиться:
Комментарии: comments2
Фото: Из архива "КП".
Изменить размер текста:

Сергей Голубенков, адвокат временно отстраненного мэра Ярославля Евгения Урлашова, опубликовал на своей страничке в соцсетях отрывки из дневников опального градоначальника, сделанные в последние дни в ярославском СИЗО.

- Всем, кого это касается, - начинает свои записи Голубенков. - Десять дней находится в СИЗО-1 Ярославля Евгений Урлашов. Десять дней продолжается голодовка опального мэра. Как это? Для того, чтобы вы (мы - все, кому это не безразлично) могли себе это представить, он выбрал и надиктовал отдельные выдержки из его тюремных дневников.

По просьбе Евгения Урлашова, его адвокат также опубликовал адрес СИЗО № 1 (150001, Ярославль, ул. Портовая набережная, д.10, ФКУ "СИЗО № 1" УФСИН России по ЯО, для Урлашова Е.Р.).

- Он по-прежнему просит всех желающих ему писать, обещает всем ответить. Может быть, с небольшой задержкой, - добавил Голубенков.

Напомним, 28 сентября в Ярославле начнется суд над Евгением Урлашовым, его экс-заместителем Дмитрием Донсковым и советником Алексеем Лопатиным. Урлашова и Донскова обвиняют в ьтом, что они требовали от директора фирмы «Радострой» 18 млн. руб. за возможность заключить ему контракт на уборку города. Лопатн якобы выступал в качестве посредника. Кроме того, Урлашову вменяют в вину и то, что он получил от директора компании «Ярдорстрой» взятку в размере 17 млн руб. за содействие в передаче этой фирме контрольного пакета акций «Городского дорожного управления».

ДОСЛОВНО

Из дневника Евгения Урлашова

«...Голодовка при сокамернике, который трижды в день есть тюремную пищу плюс получает передачи - пытка. Есть Токийская Декларация Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) 1975 года, где насильное кормление голодающего приравнивается к пытке. Думаю, что протестное голодание при питающемся сокамернике тоже могло бы быть к ней приравнено, но видно, это никому в голову не пришло. Есть неписаные правила - по крайней мере, так всегда было в Матросской Тишине -голодающего содержать отдельно. Так было со всеми, кто держал голодовку, вне зависимости от того, когда и почему она была прекращена: Савченко, Удальцов, Сахаров, Марцинкевич.. Здесь этого почему-то нет. Допускаю, что кому-то очень хочется меня достать, в Московском СИЗО это было сложнее, здесь все решает установка...».

«...После суда 14 сентября, который закончился после 20 часов, я приехал в Коровники около 22-х, меня очень долго держали на сборке... Вернувшись в камеру, я обнаружил, что моего соседа перевели: он написал заявление что ему дискомфортно принимать пищу, если второй человек голодает при нем. Он мужик бывалый, правила знает. Уже к ночи, к 23-м, меня перевели в другую камеру, к молодому парню-первоходу, который не голодает. Это тоже тактика: один пишет заявление о переводе в другую камеру - на его место подселяется другой, который не голодает, или я к нему переселяюсь - и так до бесконечности. Отношения встраиваются заново, человеку нужно как-то формировать свою позицию, а это непросто. Надежда на то, что я не выдержу и начну тайком есть пищу, которую получает мой сокамерник. Но они ошибаются: я выдержу . Выдержу, сколько смогу или сколько надо....».

«Вечером 14-го, после напряженного дня в суде, температура тела упала до 36,0. Утром 15-го - 35,8; утром 16-го 36,4. Выпил кипятку, организм изнутри разогрелся, полегчало. Каждый день труднее предыдущего. Меня каждый день осматривают врачи, берут анализы. Рядовой персонал, как и раньше, относится нормально…».

«…Утром 17-го снова 36,0, только кипятку уже не выпить: с вечера у всех (или только у нас в камере, я не знаю), стали отбирать всю посуду: ложки (вилок в тюрьме и так нет), тарелки и кружки. Сейчас на прогулке узнал, что все остальное отобрали у всех, а кружки - только у нас. Выдают их в 9-10 часов, т.е. пить с утра никак. Отобрали у всех пластиковую посуду, хотя она была нами же увезена отсюда два года назад и с нами же сюда вернулась. Почему? потому, что она не так нагревается. А из железной - уставной- кружки пить горячий кипяток невозможно: обжигает и губы, и руки.

Наверное, таков порядок, но здесь, где и без того сплошные рамки и запреты, каждый новый запрет воспринимается как пресс. Слышал на прогулке голос Алексея, он тоже недоволен, хочет, чтобы об этом узнали на воле.

В камерах очень влажно - уровень земли; холодно; постиранная одежда и полотенца не сохнут. Сидим в двух свитерах, ребята все уже просят теплую одежду и пуховики...»

«...Много совершенно необъяснимых традиций, которые остались, должно быть, от диких и кровавых Сталинских времен. Когда приносят передачу, то через « кормушку» - небольшой вырез в двери, через него передают пищу) обязательно спрашивают арестанта: «От кого?» Он, по традиции, должен угадать. Иногда могут дать подсказку: «От Оли?» и ты должен угадать фамилию. Мне передачи не приходят - голодаю, но я видел это на сокамерниках. Смысл этой традиции, как и многих других тюремных правил, понять невозможно: какая разница от кого? Ведь важно - кому! Мне может прийти передача от любого из жителей Ярославля!..».

«...Я хочу обратиться ко всем ярославцам: чтобы помнили о нас, о нашей борьбе, и, садясь вечером дома пить чай или поднимая бокал, вспоминали о нас. Мы чувствуем поддержку людей, их теплоту, и благодарны всем за это, и нам нужна эта поддержка. Вместе мы сможем!..».

ИСТОЧНИК KP.RU

Еще больше материалов по теме: «Полиция задержала мэра Ярославля»

Понравился материал?

Подпишитесь на еженедельную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных

 
Читайте также