Общество

Что прячется в тайных комнатах Национального музея Удмуртии

Откуда берут животных для чучел? Сколько «стоит» «испортить» экспонат? И как восстанавливают фотографии?
Фото: Архив

Фото: Архив

Национальный музей Удмуртии имени К. Герда находится около Вечного огня в Ижевске. Раньше там был Арсенал оружейного завода, а сейчас - порядка 10 выставочных залов с природной, археологическими и этнографическими экспозициями.

В рубрике «Закулисье» расскажем, откуда берут животных для чучел; сколько «стоит» «испортить» экспонат; и как восстанавливают фотографии.

С ЧЕЛЮСТЯМИ НА ПОЛКЕ

В природной экспозиции не обойтись без таксидермиста - он занимается изготовлением чучел животных. В Национальном музее – это Сергей Николаевич Евсеев. Он проработал в этих стенах 31 год. Сначала занимался комплектованием фондов, а потом ушел в таксидермию.

Сергей Николаевич Евсеев. Фото: Ирина Бурцева

Сергей Николаевич Евсеев. Фото: Ирина Бурцева

- Важно не только сохранить для потомков какой-либо артефакт, но и показать его красоту. И для этого есть музейная таксидермия, которая помогает достичь эффекта присутствия в экспозиции, - говорит Сергей Николаевич.

Чучела лисы и зайца. Фото: Ирина Бурцева

Чучела лисы и зайца. Фото: Ирина Бурцева

И действительно, если смотреть на витрины, то животные располагаются в своей привычной среде обитания и именно в таких позах, как в жизни.

Процесс создания чучела начинается с тушки животного. Она попадает в руки мастера разными путями – охотники приносят, сами сотрудники ходят на охоту (выдаются специальные разрешения), либо кто-нибудь находит мертвое животное на трассе.

Рабочее место таксидермиста. Фото: Ирина Бурцева

Рабочее место таксидермиста. Фото: Ирина Бурцева

- Есть «черная работа» - съемка шкурки, очистки от мяса. И далее следует художественная – оформление, подкрашивание, слезинку в глаза добавить для живости, - объясняет Сергей Николаевич.

Есть в его коллекции много бутафории – глаза, языки, челюсти, зубы. Все это можно сделать самому, можно заказать в специальных конторах.

Бутафория для чучел. Фото: Ирина Бурцева

Бутафория для чучел. Фото: Ирина Бурцева

- На одно чучело может уйти от нескольких дней до нескольких лет, - заключает таксидермист.

Искусственный язык. Фото: Ирина Бурцева

Искусственный язык. Фото: Ирина Бурцева

ВТОРАЯ ЖИЗНЬ ДЛЯ УТЮГА

В том же помещении трудится художник-реставратор по металлу Алексей Федоров. В данный момент он трудится над восстановлением старого утюга.

реставратор Алексей Федоров. Фото: Ирина Бурцева

реставратор Алексей Федоров. Фото: Ирина Бурцева

- Любая реставрация начинается с того, что собирается реставрационный совет. Там решают, что делать с тем или иным предметом из фонда. Я вношу свои предложения. Проводим визуальное исследование, пробы. Все данные вносятся в специальный реставрационный паспорт, - объясняет молодой человек.

Рабочее место реставратора. Фото: Ирина Бурцева

Рабочее место реставратора. Фото: Ирина Бурцева

В случае с утюгом, например, он начал с механической очистки, чтобы изделие заблистало своим натуральным блеском.

Каким утюг был изначально. Фото: Ирина Бурцева

Каким утюг был изначально. Фото: Ирина Бурцева

Почти восстановленный утюг. Фото: Ирина Бурцева

Почти восстановленный утюг. Фото: Ирина Бурцева

- Еще проводим электрохимию, после которой нужно предмет промыть дистиллированной водой со специальными веществами. Чтобы не заржавел после такой очистки, есть сушильный шкаф, - объясняет Алексей Федоров.

Сушильный шкаф. Фото: Ирина Бурцева

Сушильный шкаф. Фото: Ирина Бурцева

Одновременно в работе может быть несколько предметов. Есть оперативная работа, если тот или иной экспонат нужно быстро подготовить к выставке.

ДОЛИВАЕМ БУМАГУ

Уже немного дальше есть еще подразделения реставрационного отдела, где восстанавливают ткани, архивные библиотечные материалы и фотографии. У Анастасии Червяковой в работе сейчас фотография, на которой служащие кузнечной мастерской ижевского оружейного завода. Судя по записям на снимке, он был сделан в 1888 году. А в фонд музея поступил в 1939 году.

Реставратор Анастасия Червякова. Фото: Ирина Бурцева

Реставратор Анастасия Червякова. Фото: Ирина Бурцева

- Чтобы приступить к восстановлению снимка, сначала проводят лабораторные исследования, с помощью которых можно узнать, какие конкретно операции делать. Например, очистка снимка. Ослабили жировые пятна, следы от захвата пальцами, пятна клея, провели химическую обработку, - поясняет Анастасия.

Служащие кузнечной мастерской ижевского оружейного завода. Фото: Ирина Бурцева

Служащие кузнечной мастерской ижевского оружейного завода. Фото: Ирина Бурцева

Если не достает каких-то кусочков (как часто бывает по краям), их дополняют методом долива бумажной массы.

- В блендере смешивается дистиллированная вода и специальная бескислотная бумага. Подбирается нужный цвет и во влажном состоянии она доливается, - говорит девушка.

Рабочее место. Фото: Ирина Бурцева

Рабочее место. Фото: Ирина Бурцева

Соединяется специальным клеем и используют, например, японскую рисовую бумагу. И, так как все операции с бумагами происходят, когда они во влажном состоянии, важно их правило высушить. Иначе пойдут волнами. Для этого есть пресс, в котором зажимают документ.

Пресс для зажима документов. Фото: Ирина Бурцева

Пресс для зажима документов. Фото: Ирина Бурцева

- Реставратор не имеет права дорисовывать, не имея оригинал. Например, дали несколько банкнот одного номинала и по аналогии можно восстановить рисунок на сгибе. В случае с фотографиями так не получится. Это единичный экземпляр, - говорит реставратор.

Фото до реставрации. Фото: Ирина Бурцева

Фото до реставрации. Фото: Ирина Бурцева

После реставрации. Фото: Ирина Бурцева

После реставрации. Фото: Ирина Бурцева

Заключительный этап реставрации – тонировка. Акварелью тонируются утраты.

МОНЕТКИ ОТ ПОЛИЦИИ И ФЕН 70-Х ГОДОВ ИЗ МАГАЗИНА

Но «сердце» любого музея – Хранилище. Доступ туда имеется даже не у всех сотрудников. И безопасность там на высшем уровне. Он вмещает в себя больше 200 тысяч экспонатов.

Хранилище. Доступ в него ограничен. Фото: Ирина Бурцева

Хранилище. Доступ в него ограничен. Фото: Ирина Бурцева

- Предметы попадают к нам разными способами: дарят владельцы, приносят после смерти родственников, клады находят в земле, а также при разборе старых домов. Передают организации, - рассказывает научный сотрудник отдела фондов Ксения Тимчак.

Монеты передали сотрудники Устиновского суда. Фото: Ирина Бурцева

Монеты передали сотрудники Устиновского суда. Фото: Ирина Бурцева

Например, эти фальшивые монеты передали сотрудники Устиновского суда. Группа лиц купила их в Москве и продавали в Ижевске под видом подлинных.

Фен 70-х годов, который до сих пор работает. Фото: Ирина Бурцева

Фен 70-х годов, который до сих пор работает. Фото: Ирина Бурцева

А этот фен попал в музей из магазина, где проходила акция – принеси старую технику и получи скидку на новую. Он 70-х годов и до сих пор работает.

Одно из последних поступлений – вещи художника-баталиста из Киясово Петра Александровича Кривоногова: этюдник, краски и документы. Их передала дочь художника.

Вещи художника-баталиста из Киясово Петра Александровича Кривоногова. Фото: Ирина Бурцева

Вещи художника-баталиста из Киясово Петра Александровича Кривоногова. Фото: Ирина Бурцева

- Не так давно была выставка, посвященная Можгинскому району. И там экспонировали вещи настоятеля Никольского храма села Поршур митрофорного протоирея Максютина Виктора Григорьевича. После выставки его внук решил эти вещи передать в музей на постоянное хранение. Очень большая коллекция – митра (головной убор), его церковное облачение и одежда супруги. Самое интересное – библиотека из книг конца 19-начала 20 века, - Ксения Тимчак.

Митра (головной убор). Фото: Ирина Бурцева

Митра (головной убор). Фото: Ирина Бурцева

В ней есть рукописный богослужебный журнал 1966-1967 годов. Тогда были гонения на православную церковь, но в Поршуре церковь никогда не закрывалась, и там проводились богослужения.

Рукописный богослужебный журнал 1966-1967 годов. Фото: Ирина Бурцева

Рукописный богослужебный журнал 1966-1967 годов. Фото: Ирина Бурцева

- В этой тетрадке записывали общее количество молящихся, какие службы были, сколько человек исповедовалось. Она имеет историческую ценность, - заключает сотрудник отдела фондов.

Фонды устроены так, что каждая группа предметов закреплена за определенным человеком. Имеются нумизматические коллекции, письменные источники, коллекции предметов из металла, дерева, ткани, а также негативы и так далее. И сам сотрудник решает, каким образом систематизировать их. За основу принимают алфавит, дату поступления, номера учета.

- Когда научный сотрудник создает выставку, то обращается к нам с рабочим списком того, какие предметы будут использоваться. И каждый хранитель помогает и подбирает, - уточняет Ксения Владимировна.

ВОПРОС РЕБРОМ

Сколько «стоит» «испортить» экспонат?

Каждый экспонат бесценен, но «стоимость» их можно определить по размеру страховой оценки. И восстановление поврежденных предметов оценивается в миллионы рублей.